«На раме осталась кровь». Криминалист — о раскрытии тяжких преступлений

"На раме осталась кровь". Криминалист — о раскрытии тяжких преступлений

В последнее время с помощью метода ДНК-идентификации следственные органы раскрыли целый ряд тяжких убийств и серийных изнасилований, совершенных много лет назад. На наших глазах в криминалистике происходит революция, основы которой закладывали в том числе и в России. О том, как в экспертно-криминалистическую службу внедряли генетические методы, насколько эффективны геномные базы данных, рассказывает Ирина Перепечина, подполковник милиции, доктор медицинских наук, профессор кафедры криминалистики юридического факультета МГУ имени М. В. Ломоносова. Беседовала Татьяна Пичугина.

— Это закономерно. У нас наконец реализуется на практике программа государственной геномной регистрации, научные и организационные основы которой разработали в России еще в середине 1990-х. В базу данных геномной информации (ФБДГИ. — Прим. ред.) вносят генетические профили, полученные при анализе следов с мест нераскрытых преступлений, а также генотипы лиц, контингенты которых определены федеральным законом. Совпадение генетических профилей становится основанием для того, чтобы начать следственные и оперативные действия. В результате порой удается раскрывать и очень давние преступления.

Высокий уровень рецидива характерен, например, для половых преступлений. В свою главу монографии «Расследование преступлений, связанных с безвестным исчезновением несовершеннолетних (первоначальный этап расследования)», недавно вышедшую под редакцией руководителя СК России А. И. Бастрыкина, я включила следующий случай из практики. Преступник надругался над двумя мальчиками двенадцати и семи лет, катавшимися на лыжах в лесу, и скрылся. Эксперты обнаружили на месте происшествия следы, содержащие ДНК, получили генетический профиль и загрузили его в ФБДГИ.

Спустя шесть лет тот же человек попытался изнасиловать двух девочек, но убежал, когда жертвы стали кричать. В тот же день он похитил другую малолетнюю, надругался над ней, после чего его задержали. Генотип проверили по ФБДГИ, и он совпал с ранее поставленным на учет генетическим профилем следа, изъятого в связи с первым эпизодом — в отношении двух братьев. Во время следствия выяснилось, что четыре года назад он совершил еще одно преступление — убил и спрятал тело семилетнего мальчика.

Важно, что здесь изначально вообще не было никаких других данных в отношении совершения этим конкретным лицом каких-то других преступлений. Привязка появилась только благодаря использованию базы ДНК-данных.

Мы прогнозировали, что по мере функционирования системы ДНК-регистрации ее эффективность будет расти. Так и произошло. В базу добавляют все новые генетические профили, и совпадения случаются все чаще. Это позволяет раскрывать в том числе и преступления, совершенные много лет назад.

"На раме осталась кровь". Криминалист — о раскрытии тяжких преступлений

Ирина Олеговна Перепечина, профессор кафедры криминалистики МГУ

— Российскую базу данных формируют на основе исследования 20 STR-локусов и гена амелогенина (для определения пола. — Прим. ред.), что дает очень высокую идентификационную значимость. Но это участки, из которых нельзя извлечь медицинскую или какую-то еще важную информацию о человеке. Это сделано из этических соображений.

Между тем в медицине направления, связанные с исследованием генов, которые определяют развитие заболеваний, весьма перспективны. Криминалисты это никак не используют, тема сразу была табуирована, поэтому для идентификации отбирают участки ДНК, не ассоциированные с заболеваниями. Но поскольку информацию эту извлечь можно и она представляет для расследований ценность, стоит предвидеть, что ее использование в криминалистике — лишь вопрос времени. На Международном симпозиуме по идентификации человека, который проходил в 2012 году в Нэшвилле, США, я представила доклад по этой проблеме. Необходимо формирование четкой правовой позиции применительно к исследованиям такого рода в криминалистике, но прежде надо принципиально решить, следует ли вторгаться в эту сферу.

"На раме осталась кровь". Криминалист — о раскрытии тяжких преступлений

Короткие тандемные повторы хромосомной ДНК (STR-маркеры) служат уникальными генетическими признаками каждого человека

— Известны проблемы, которые возникли в связи с допуском зарубежных спецслужб к генеалогическим данным (началось с дела Golden State killer в 2018-м. — Прим. ред). Поэтому начинать следует с правовых и этических вопросов, которые обеспечат баланс между интересами уголовного правосудия и гражданскими правами. Недопустимо игнорировать негативные последствия, пусть и не вполне определенные сейчас, которые могут наступить для человека в результате использования его генетической информации не по назначению. Вообще, во всех сферах, связанных с исследованием ДНК человека, правовое регулирование и учет этических аспектов должны идти впереди технологий, а не наоборот.

— Вот здесь во мне опять будут бороться криминалист и обычный человек. Исходя из интересов раскрытия и расследования преступлений, их предупреждения, а эти вопросы очень важны и для каждой отдельной личности, не только для общества в целом, — бесспорно, да, нужно создавать. И все же, исходя из интересов каждого отдельного человека, полагаю, — нет, риски для личности здесь слишком велики. У нас уходят на черный рынок миллионы единиц самой разной информации, в том числе медицинской. Генетическая — архиважная, последствия доступа к ней могут быть самыми драматичными. До тех пор пока не будут созданы надежные механизмы обеспечения конфиденциальности этой информации, гарантии ее неприкосновенности, а также решены некоторые другие важные вопросы, считаю, что создание тотальных баз данных ДНК преждевременно.

"На раме осталась кровь". Криминалист — о раскрытии тяжких преступлений

Источник ria.ru